Документальная хроника
Сочинения
Фотоальбом
Дискография
Шостакович сегодня
Об авторах
Информационные ресурсы




1933

24 мая – первое исполнение 24 Прелюдий для фортепиано (ор.34). Автор.

15 октября – первое исполнение Первого концерта для фортепиано с оркестром (ор.35). Партия ф-п – автор.

Подготовка к постановке «Леди Макбет...» (ор.29).


«Когда критик пишет, что в такой-то симфонии совслужащие изображаются гобоем и кларнетом, а красноармейцы – группой медных инструментов, то хочется крикнуть: «Неправда!»
Несколько слов о самом себе. Я переживаю в настоящее время большой творческий подъем. Закончил оперу «Леди Макбет Мценского уезда», написал 24 прелюдии для фортепиано. Пишу сейчас концерт для фортепиано с оркестром и «Сказку о попе и о работнике Балде» по Пушкину (мультфильм)».
(Советская музыка, 1933, № 3).

1 марта 1933 г., Ленинград. 
«Я считаю, что творчество есть своего рода громоотвод от различных жизненных печалей...»
(Из письма П. Маркову).
 
1 марта 1933 г., Ленинград. 
«Поздравь меня. Я получил паспорт. Ввиду этого я полон радости жизни и бодрого закала. <...> Больше никаких событий не произошло, если не считать того, что вчера на дружеской встрече работников культуры было много бито морд. Но так как это вошло в традицию на дружеских встречах, то об этом обстоятельстве можно было бы и не писать.
Обязательно попроси Столярова выслать мне клавир «Леди Макбет», а то здесь на почве отсутствия клавира скандал!!!
Я совсем бросил пить. Лишь сегодня зашел в цех, съел селедку и пожарских котлет вкупе со стопкой водки и полпинтой пива. И сейчас черт знает как болит голова. Баста! Бросаю пить. Тогда не будет болеть голова и будет красивая ровная жизнь.
Я закончил свой 34-й опус, а именно 24 прелюдии для рояля. Надо приниматься за фортепианный концерт. Я считаю, что творчество есть своего рода громоотвод от различных жизненных печалей, например, головной боли и других.
Больше, пожалуй, писать не о чем».
(Из письма П. Маркову).

29 марта 1933 г., Ленинград. 
«Вчера встал с постели. Перенес ангину и воспаление среднего уха. Вчера у меня неожиданно собралось большое общество. Были все превосходные люди. Все пришли «на огонек» без предупреждения, угощать было абсолютно нечем, но время провели славно. Часа в два ночи раздался густой храп. Это Нина заснула, тем самым намекнув гостям, что пора и домой. Пишу понемногу концерт для фортепиано с оркестром и выражаю недовольство моей жизнью. Боюсь оглохнуть. Не брился с самой Москвы, и по этому случаю у меня выросла рыжая (!!) борода. Больше новостей никаких нету».
(Из письма П. Маркову).

1 апреля 1933. Ленинград. 
Я приеду в Москву 5-го апреля. 7-го же поеду из Москвы в Свердловск. Может быть, ты сможешь меня встретить. Мне бы это было бы очень приятно, тем более, что я приеду нагруженный чемоданами и дружеская помощь, хотя бы в виде носки портфеля, всегда будет приятна. О такси с вокзала я не мечтаю, но...
P.S. Из Свердловска вернусь в Москву. Провожу Нину в Крым и останусь на несколько дней в Москве.
То-то покучу и поиграю в покер в холостом состоянии!!!
(Из письма П.Маркову).

13 апреля 1933 г., Свердловск. 
«10 вечером я показывал «Леди Макбет». Приняли ее руководящие работники очень хорошо. Другой раз я показывал отрывки оркестрантам. Тоже хорошо приняли. Попутно высказывались такого рода ценные соображения, изложенные в форме вопросов:
1) скажите, маэстро, если мужчина и женщина лежат в одной кровати, то не кажется ли Вам, что это неприлично?
2) в наше героическое время стоит ли писать оперу, где все время происходит половой акт?
3) и прочие перлы...
На все эти вопросы отвечал Пазовский, и отвечал умно. В конце заверили меня, что постараются выучить эту оперу хорошо. Провинция и бескультурье здесь ужасающие. <...> Много, много тут придется поработать культработникам. Много строят. Масса новых многоэтажных домов. Некультурность местных оркестрантов меня поразила...
С упоением мечтаю о том, что завтра сяду в поезд и через 50 часов буду в Москве».
(Из письма неизвестному адресату).

29 июня 1933 г., Ленинград. 
«Сегодня я приехал из Баку. В Баку я концертировал. Недоволен я своей поездкой свыше всякой меры. При случае расскажу о той горе хамства и безобразия, свалившихся на мою голову в Баку. До сих пор не могу прийти в себя. Концерт прошел с успешищем!
Нахожусь под впечатлением от просмотра «Леди». Приятно, что сошло благополучно».
(Из письма неизвестному адресату).

6 августа 1933. Ленинград. 
«Больна жена и ни копейки денег. Занимаю направо и налево. Весь в долгу как в шелку. <...>
Я написал концерт для рояля».
(Из письма Л. Атовмьяну).

28 августа 1933 г., Крым. Санаторий Кореиз. 
«Мне здесь скучно от мысли, что я обречен на месячное отсутствие от работы над «Леди Макбет», во-вторых здесь жарко. И в третьих, я заболел неврастенией. Все мое лицо, (симпатичное и благообразное лицо) покрылось ужасными струпьями. Бриться мне нельзя. Я оброс невероятно и при виде меня лошади шарахаются в сторону, до чего я страшен.
По возвращении домой, я почти убежден, что растеряю всех своих друзей. Им будет противно иметь со мной дело, так, не только люди, но и лошади шарахаются от меня в сторону. Больше писать нечего. Я и так плачу».
(Из письма П. Маркову).

9 сентября 1933 г., Гаспра. 
«Благотворное влияние солнечных лучей сделало свое дело. Я стал по-прежнему обладателем довольно чистой физиономии. Много здесь живет превосходных людей. Научился довольно хорошо играть на биллиарде. На обратном пути хотел бы задержаться в Москве, да нету денег. Скучаю по «Леди Макбет». Да и вообще здесь скучновато. Событий не бывает. Кланяйся Немировичу-Данченко, Мордвинову, Столярову и всем прочим моим друзьям и благодетелям».
(Из письма И. Соллертинскому).

16 сентября 1933 г. 
«Со вчерашнего дня и посейчас бушует страшной силы ураган с вырыванием деревьев, срыванием крыш с домов (правда, крыш весьма хилых и деревьев весьма тощих: правильнее сказать, небольших прутиков), но страх как интересно. По улице ходить трудно, но я хожу и наслаждаюсь борьбой с разбушевавшейся стихией. На душе скучно. Хочется в Ленинград.
Был недавно в Симеизской обсерватории. Смотрел звезды и понял всю бренность существования при виде величественного зрелища Сатурна с кольцом, Юпитера с 9-ю лунами и пр.:
  Открылась бездна звезд полна,
  Звездам числа нет, бездне дна.
Сильно действующая картина...»
(Из письма И. Соллертинскому).

20 октября 1933 г., Ленинград. 
«Решил я с Ниной провести двенадцатидневник посещения театров. В осуществление «двенадцатидневника» вчера был на «Отелло», завтра идем на «Аиду», 23 – на «Сорочинскую ярмарку». Отелло – опера абсолютно гениальная. Я вернулся домой вчера совершенно потрясенный».
(Из письма неизвестному адресату).

Владимир Немирович-Данченко:  
«Итак, товарищи, задача нашего театра – развернуть музыку Дмитрия Дмитриевича, развернуть в ней все: эту страсть, положение образа в такой сценической форме, чтобы глаз видел то, что слышит ухо, так сказать, очеловечить его музыку, сделать это в такой же эмоциональной форме, какой насыщена эта замечательная вещь. Причем нужно помнить: главнейшее условие нашего театра – борьба со старой оперной рутиной, борьба с теми штампами, которые засорили оперу, и вскрытие всего того свежего, нового, яркого, что и заключается в гениальной вещи Шостаковича. Этим путем мы создадим новую оперу и, может быть, надолго создадим себе для нашего театра замечательного гениального музыканта».
(Из кинохроники).







1906-1915
1916-1918
1919
1920-1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
РУС
ENG