Документальная хроника
Сочинения
Фотоальбом
Дискография
Шостакович сегодня
Об авторах
Информационные ресурсы




1939

5 ноября – первое исполнение Шестой симфонии (ор.54).

Музыка к мультфильму «Сказка о глупом мышонке» (ор.56).

«Великий гражданин» (ор.55), 2 серия.

Написана «Автобиография».

Гастроли в качестве пианиста.


«Я мечтаю сейчас написать кинооперу, созданную по всем законам реалистического музыкального спектакля. <...> В театре действие, разбитое на множество партий, неизбежно распыляется. В киноспектакле то же действие, показанное в едином потоке неуловимо сменяющихся кадров, сохраняет всю силу целостного впечатления. Какая благодарная задача для композитора – уловить ритм этого динамического потока кинокадров и создать музыку, которая полноправно действует в киноспектакле. 
(продолжение)
<...> Мои мечты о киноопере мне, к сожалению, до сих пор не удается реализовать. Извечный вопрос о содружестве поэтов и композиторов, порою удачно решавшийся в музыкальной драме, для кинооперы еще даже не ставился, как, впрочем, не ставился еще по-настоящему вопрос о самой киноопере. Все мои попытки зажечь поэтов, либреттистов, режиссеров этой идеей пока тщетны.
Через посредство «Литературной газеты» мне хочется кликнуть клич поэтам и режиссерам: кто хочет творчески поработать над созданием кинооперы?»
(Литературная газета, 1939 г., 10 апреля).

28 сентября 1939 г., Свердловск. 
«Дорогой Паша.
Проездом из Ленинграда в Свердловск я остановился на полтора дня в Москве. Наши общие знакомые сказали, что ты на меня очень сердишься. И за дело. Конечно, мне давно следовало сказать тебе все, что я думаю о тебе, как о деятеле искусства. Лучше это было сказать тебе лично, нежели Тихону. Я поступил неправильно и заслужил твой справедливый гнев. Почему я раньше не высказал тебе свои соображения по вышеупомянутому вопросу? Как-то не было повода к этому и особенного желания, т. к. я в высшей степени дорожу своими хорошими отношениями с тобой, и не был уверен в том, что ты, после выслушивания моих соображений, найдешь в себе достаточное количество мужества сохранить хорошие отношения со мной, которыми, как я уже говорил, очень дорожу, т. к. очень тебя люблю и ценю. Правда у меня вырвалась из-за большого огорчения, которое доставил мне Тихон Хренников своей очень плохой оперой. И я, пытаясь понять, почему так получилось, что композитор, обладающий выдающимся талантом, написал дерьмо, пришел к мысли, что тут не без влияния, и очень дурного влияния. Очевидно, влиял ты. Т. к. я вообще замечал в тебе дурную услужливость в течении всего нашего с тобой знакомства. Ты человек способный, звезд с неба не хватающий. Таланта и подлинного творческого пафоса у тебя нет, из-за отсутствия таланта. Но нюх у тебя хороший. Ты хорошо чуешь, где пахнет жареным и каким образом это жареное можно оттяпать без особых забот и хлопот. В числе посредников между тобой и жареным были Афиногенов, Корнейчук, Дзержинский, Хренников и я. Дорогой Паша, мне неприятно и больно писать тебе все это, но надо, т. к. ты на меня злишься. Мне скучно и неприятно. Давай, если хочешь, поговорим с тобой. Если не хочешь, то дай мне об этом знать. Если я от тебя не получу никакого ответа на это письмо, то буду считать, что ты не хочешь больше продолжать со мной знакомство. В связи с этим надлежит нам договориться о некоторых мелочах. При случайных встречах подавать друг другу руки и не бить по мордам. Если же ты считаешь нужным отменить рукопожатия, ты извести меня об этом и о том, следует ли ограничиваться легким полупоклоном, или обходиться без оного. Что же касается до второго (битье по морде и т. д.) то тут я категорически против этого.
Надеюсь, что ты тоже. А вообще я тебя очень люблю и мне ужасно грустно, если наши хорошие отношения прервутся.
Р.S. Не думай, пожалуйста, что я тебя считаю конченым человеком для искусства. Нет, наоборот, при твоей культуре, твоих знаниях и способностях ты можешь делать хорошие вещи. Больше смелости и самостоятельности и долой приспособленчество, подхалимство и лакейскую рабскую угодливость».
(Из письма П. Маркову).

20 ноября 1939 г., Ленинград. 
«...все плохое позади. Впереди все хорошее. Меня немного огорчили скорбные нотки твоего письма. Но я очень плохой утешитель. <...>  Завтра будет исполняться моя 6-я симфония. Мравинский делает все, что может. Получатся в общем хорошо. А если она не провалится после первого исполнения и будет исполнена во второй и другие разы, то будет совсем хорошо. Пока еще в последней части есть некоторая неуверенность.
Примерно 28-го или 29-го я приеду в Москву. 3-го декабря Мравинский будет исполнять ее в Москве».
(Из письма Л. Атовмьяну).

7 декабря 1939.  
«Все (sic!) композиторы возмущены моей симфонией. Что ж делать: не угодил я, очевидно. Как ни стараюсь не очень огорчаться этим обстоятельством, однако, все же слегка кошки скребут душу. Возраст, нервы, все это сказывается».
(Из письма В. Шебалину).

Кшиштоф Пендерецкий: 
«Что для меня Шостакович? Я давно познакомился с музыкой Шостаковича, еще когда был студентом. Тогда в Польше мы очень осторожно подходили к его творчеству, потому что музыка Шостаковича всегда ассоциировалась для нас с советской властью. Он был официальным композитором.
Мы же, студенты, больше интересовались тогда западным авангардом.
Но понемногу, постепенно я начал с его музыкой сближаться. В 70-е годы я начал репетировать и на одном из своих первых концертов продирежировал Пятую симфонию Шостаковича, позже Девятую, Шестую, Четырнадцатую. И эта музыка сопровождала меня все эти годы, помимо других его сочинений. Часто дирижировал Виолончельным концертом.
Я считаю Шостаковича самым крупным симфонистом ХХ века. Есть многие великие композиторы, например, Прокофьев, который писал великолепные симфонии. Но я считаю, что Шостакович писал симфонии как динамические формы и как циклы симфоний. И мне кажется, что главным его интересом в музыке был именно жанр симфонии, форма симфонии, которую он унаследовал от Малера, видимо, совершенно сознательно, потому что очень интересовался Малером и считал его выдающимся симфонистом рубежа веков и заката симфонизма. После Малера возникла как бы пауза. Композиторы избегали жанра симфонии. После композиций Дебюсси и особенно Стравинского было бы как то нелепо писать большую симфонию в понимании ХIХ века. Это было невозможно. И Шостакович первый, нет, может быть, сначала Прокофьев а потом он, начал писать симфонии. И эти симфонии стали вершиной симфонизма ХХ века.
И мне эта музыка действительно очень близка.
Я считаю, что нельзя рассматривать музыку, а тем более великую музыку, на фоне политики: что-то аналогичное постигло Вагнера, поскольку Гитлер поддерживал его музыку и ездил в Байрейт на концерты – по этой причине в некоторых странах, как мне известно, Вагнера не исполняют.
Не хочу сравнивать, тем более, что о музыке Вагнера я бы не хотел сейчас говорить.
Музыка Шостаковича абсолютно универсальна. Даже если по каким-то причинам он вынужден был давать названия 
каким-то своим симфониям, например, Второй или Третьей. Или даже какие то внемузыкальные политические названия – это совершенно не влияло на музыку этих сочинений.
Например, в Шестой симфонии столько трагизма, это сочинение человека, раздираемого противоречиями, который не может сказать то, что он думает, но может это выразить музыкой. И этот сарказм в двух быстрых частях – он как бы показывает язык – я все равно все могу сказать своей музыкой.
Конечно, когда я был студентом, я не мог этого понимать, так понимать музыку Шостаковича, которая входила к нам одновременно со ждановской эстетикой. Именно поэтому у композиторской Польши было негативное отношение к музыке Шостаковича.
Но молодые многого не понимают, композитор не виноват во всех этих политических манипуляциях, когда его творчество становится политической картой.
Я считаю, что мы, музыканты, должны находить понимание вне политики, к счастью, имея под руками наиболее абстрактное из всех искусств – музыку».
(Из интервью, взятого О. Дворниченко).







1906-1915
1916-1918
1919
1920-1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
РУС
ENG