Опус 15

«Нос», опера в трех действиях, десяти картинах по повести Н. В. Гоголя

Либретто Е. Замятина, Г. Ионина, А. Прейса и Д. Шостаковича

Закончена в 1928 году

Длительность:  109’20".
Премьера:  18 января 1930 года. Ленинград. Государственный академический Малый оперный театр (МАЛЕГОТ). Режиссер Н. Смолич. Дирижер С. Самосуд.
Рукописи:  Партитура Universal Edition (Vien). Отдельные номера: ЦГАЛИ (ф.2048, оп.2, ед.хр.30).
Первое издание:  М., Музфонд, 1970.
Клавир. Л., «Сокол», 1929.

«...сюжет этот привлек своим фантастическим, нелепым содержанием, изложенным Гоголем в сугубо реалистических тонах.
В "Носе" Гоголь, пользуясь странным происшествием пропажи носа у коллежского асессора Ковалева, создает замечательную сатиру на эпоху Николая I. Выводит там беспомощного пошляка Ковалева, который не придумал ничего лучшего, как заявить о пропаже носа в газете; тупого чиновника из газетной экспедиции, квартального надзирателя, одержимого административным восторгом; взяточника, пьяницу-парикмахера с его сварливой женой и многих других лиц. Типичных своим ничтожеством, на общем фоне полицейско-чиновничьей эпохи. Занимательный сюжет рождает много эффектных театральных положений».
(Шостакович Д. К премьере «Носа». — Рабочий и театр, 1929, № 24)

«Здесь упор на подачу текста. Добавлю, что музыка не носит нарочито "пародийной" окраски. Нет! Несмотря на весь комизм происходящего на сцене, музыка не комикует. Считаю это правильным, так как Гоголь все комические происшествия излагает в серьезном тоне. В этом сила и достоинство гоголевского юмора. Он не "острит". Музыка тоже старается не "острить"».
(Рабочий и театр, 1930, № 3)

«Сатирический текст Гоголя я не счел нужным усиливать "иронической" или "пародийной" окраской музыки, а, наоборот, дал ему вполне серьезное музыкальное сопровождение. Контраст комического действия и серьезной музыки симфонического характера призван создать основной театральный эффект, прием этот кажется тем более оправданным, что и сам Гоголь излагает комические перипетии сюжета в нарочито серьезном тоне...
Музыка написана не по номерам, а в виде непрерывного симфонического тона, однако без системы лейтмотивов. Каждый акт является частью единой музыкально- театральной симфонии. Большую роль играет хор и вокальные ансамбли... »
(Красная газета. 24 июля)

«Сочиняя оперу, я менее всего руководствовался тем, что опера есть по преимуществу музыкальное произведение. В «Носе» элементы действия и музыки уравнены. Ни то, ни другое не занимает преобладающего места. Таким образом, я попытался создать синтез музыки и театрального представления».

Борис Покровский:
«Есть много хороших опер, по музыке которые по существу операми не являются. Просто композитор написал на сюжет музыку с приблизительным соблюдением условий жанра. А настоящее оперное произведение должно давать синтез музыки и действия.
Композитор — создатель оперы, является и драматургом. Он драму пишет музыкой. Такого композитора в оперном театре легко ставить. Нужно только знать его правила игры, быть с ним заодно. Действительно, Шостакович в «Носе» оставил поле для различных вариантов решения артистов в практике того или иного образа, режиссера — в том или ином решении действия. Но сама суть драматургии, характер конфликта драматическая наполненность, безусловно, заложены в самой музыке. Ничего не нужно выдумывать. Все есть а музыке».
(Из интервью, взятого автором. Публикуется впервые).
 

И. И. Соллертинский:
«Зритель не смотрит оперу глазами героев. Не отождествляет себя с ними. Зритель выбирает, зритель активен. Слово на сцене обыграно до последних возможностей. Более того, сохранен основной сатирический прием гоголевского сказа. Гоголь, как виртуозный рассказчик, предает все нелепые приключения Ковалева совершенно серьезным и деловым тоном, отчего комизм возрастает до чрезвычайных пределов. Точно так же поступает Шостакович. Гоголь выглядит таким, каким его недавно показал Мейерхольд в «Ревизоре». Не забудем, что опера написана 22-летним композитором. Это говорится не для снисхождения автору, ибо произведение удовлетворяет самым строгим требованиям, но для поистине грандиозных возможностей, открывающихся перед Шостаковичем».
1930 г.

«Автор оперы «Нос» обращается в Вам со следующей просьбой: я Вас прошу сделать немедленное распоряжение о немедленном снятии оперы «Нос». <...> «Нос» провалился. В то же время «Нос» сделал свое дело — «Нос» может уйти. Я убежден в том, что «Нос» это одно из удачнейших моих сочинений. Постановка в б. Михайловском театре меня в этом еще более убедила. Путь «Носа» — правильный путь. Но если «Нос» не воспринимается так, как бы мне этого хотелось, то «Нос» надлежит снять. <...> Я еще раз приношу мою громадную благодарность Вам за то, что «Нос» увидел свет рампы, благодарен на всю жизнь. А теперь прошу Вас эту оперу снять.
P.S. <...> Прошу Вас держать мое письмо и мою просьбу в совершенном секрете».
(Из письма З. Любимскому).