Опус 29/114

«Леди Макбет Мценского уезда». Опера в четырех актах, девяти картинах, по повести Н. Лескова (либретто А. Прейса и Д. Шостаковича).

1930—1932

Посвящение:  «Н. В. Варзар»

Премьеры:  
22 января 1934 года. Ленинградский государственный академический Малый оперный театре. Режиссер Н. Смолич. Дирижер С. Самосуд.
24 января — под названием «Катерина Измайлова» в Государственном музыкальном театр им. В. И. Немировича- Данченко в Москве. Дирижер Г.Столяров.
Премьера второй редакции  оперы «Катерина Измайлова» состоялась 8 января 1963 года на сцене Академического музыкального театра им. К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко в Москве.
Премьеры за рубежом:  В 1934—1936 годах «Леди Макбет Мценского уезда» была поставлена в ряде зарубежных театров (в Братиславе, Буэнос-Айресе, Кливленде, Копенгагене, Нью-Йорке, Праге, Стокгольме, Филадельфии, Цюрихе).
Рукописи:  Автограф партитуры в первой редакции хранится в ЦГАЛИ (ф.2048, оп.2, ед.хр.32—35); автограф редакции 1963 года — там же (ф.2048, оп.3, ед.хр.17—20).
Первое издание:  Партитура второй редакции опубликована издательством «Музыка» в 1965 г.

«Я прочел "Леди Макбет Мценского уезда" Лескова. Произведение меня поразило. Так родился оперный спектакль "Катерина Измайлова".
<...> Создавая музыку по литературной основе, каждый раз создаешь совсем другое, самостоятельное произведение. Здесь нет сходства с театром, где инсценируют тот или другой роман и по нему делают спектакль. В музыке произведение приобретает абсолютно самостоятельное значение».
(Шостакович Д. Как рождается музыка. — Литературная газета, 1965, 21 декабря)

«"Леди Макбет Мценского уезда" трактуется мною в ином плане, нежели у Лескова. Как видно из самого названия, к описываемым событиям он подходит иронически. <...> Название показывает ту незначительную территорию — маленький уезд, где герои являются мелкими лицами, с более мелкими страстями и интересами, чем герои Шекспира.
<...> Н. Лесков главную героиню своего рассказа... изображает фигурой демонической. Он не находит никаких поводов не только для ее морального, но и для психологического оправдания... Я воспринял Екатерину Измайлову энергичной, талантливой, красивой женщиной, которая гибнет в мрачном, жестоком семейном окружении купеческо-крепостнической Руси».
(Шостакович Д. «Екатерина Измайлова». Автор об опере. — Советское искусство, 1933, 14 декабря)

«В мою задачу входило всячески оправдать Екатерину Львовну с тем, чтобы и у слушателей и зрителей осталось впечатление о ней, как о положительном персонаже. <...> Это сочувствие вызвать не так просто: Екатерина Львовна совершает ряд не вяжущихся с моралью и этикой поступков — два убийства. Тут и появляется основное расхождение с Лесковым... Долго рассуждать о том, как я оправдываю все эти поступки, не стоит, так как это гораздо больше оправдано музыкальным материалом».
(Шостакович Д. Мое понимание «Леди Макбет». — В кн.: «Леди Макбет Мценского уезда»)

«"Леди Макбет" является первой частью задуманной мною трилогии, посвященной положению женщины в разные эпохи в России».
(Шостакович Д. Трагедия-сатира. — Советское искусство, 1932, 16 октября)

«Я хочу написать советское "Кольцо нибелунга". Это будет оперная тетралогия о женщине, в которой "Леди Макбет" явится как бы "Золотом Рейна". Магистральным образом следующей оперы будет героиня народовольческого движения. Затем — женщина нашего столетия. И, наконец, я напишу нашу советскую героиню, вобравшую в себя собирательные черты женщин сегодняшнего и завтрашнего дня от Ларисы Рейснер до лучшей бетонщицы Днепростроя Жени Романько. Эта тема является лейтмотивом моих каждодневных раздумий и моей жизни на десять лет вперед».
(Вечерняя Красная газета, 1934, 10 февраля)

«Музыкальный язык оперы я старался сделать максимально простым и выразительным. Я не могу согласиться с теориями, одно время имевшими у нас хождения, о том, что в новой опере должна отсутствовать вокальная линия и что вокальная линия является не чем иным, как разговором, в котором должны быть подчеркнуты интонации. Опера является прежде всего вокальным произведением, и певцы должны заниматься своей прямой обязанностью — петь, не разговаривать, не декламировать и не интонировать. У меня все вокальные партии построены на широкой кантилене, с учетом всех возможностей человеческого голоса — этого богатейшего инструмента.
<...>
Музыкальное течение идет непрерывно, обрываясь лишь по окончании каждого акта, и возобновляется в следующем, идя не маленькими кусочками, но развиваясь в большом симфоническом плане. Это, конечно, должно быть учтено при постановке оперы, так как в каждом акте, кроме четвертого, имеется несколько картин и эти картины разделяются не механическими паузами, но музыкальными антрактами, которые должны дать какое-то время для перестановки декораций. Музыкальные антракты... являются не чем иным, как продолжением и развитием предыдущей музыкальной мысли, и играют очень большую роль в характеристике происходящих на сцене событий. <...> В связи с этим возрастает громадная роль оркестра, который не аккомпанирует, но играет роль не менее важную, а может быть и более важную, нежели солисты и хор. Дирижеру этой оперы необходимо найти какую-то золотую середину, с тем чтобы, ни в коем случае не снизив оркестрового содержания, не выпячивать его на первое место, чтобы оно не смазывало и не покрывало собой солистов-певцов и хор.
<...> Хор отнюдь не статичен, подобно многим хорам в разных операх, а, напротив, играет активную роль; артистам хора надо уметь и хорошо петь, и хорошо играть, и хорошо двигаться, принимая важное участие в действии оперы».
(Шостакович Д. О моей опере. — В кн.: Шостакович Д. Катерина Измайлова... Либретто. М., 1934)

«Эта постановка явилась для меня большим уроком. Думается, что с точки зрения построения музыкального спектакля "Леди Макбет" является в моей работе продвижением вперед. Вспоминая свои неудачи, ...ищешь причины этих неудач и удачи "Леди Макбет". Основное, что имеется в "Леди Макбет" — это стремление как можно глубже проникнуть в содержание данного материала. Не скольжение по поверхности, а всестороннее проникновение в эпоху, в трагические коллизии данного сюжета обеспечили известный успех оперы. Почему так получилось? Прежде всего потому, что музыкальный язык оперы я пытался сделать максимально убедительным».
(Год после «Леди Макбет». Беседа с композитором Д. Шостаковичем. — Вечерняя Красная газета, 1935, 14 января)